logomain
Наши фото

Rambler's Top100

Главная » Статьи » А.Б.Пеленицын, выступление на конференции в Москве в декабре 2008 г.

Основные трудности и проблемы использования полиграфа в правоохранительной деятельности и кадровой работе и рекомендуемые пути их преодоления     

Применение полиграфа в правоохранительной и кадровой деятельности от момента инициирования процедуры до принятия окончательного решения и его реализации представляет собой многоуровневый процесс, в ходе исполнения которого неизбежно возникает много трудностей и проблем. По критерию близости причин и сходства возможных путей преодоления все эти трудности и проблемы могут быть разделены на четыре основные группы:

- нормативно-правовые

- организационные

- методические

- психофизиологические.

При этом, учитывая условность предложенного разделения, следует отметить глубокую взаимосвязь проблем, включенных в указанные группы, их определенную "вложенность" друг в друга по типу "матрешки", когда одна проблема порождает другие, и наоборот успешное решение какой-то одной проблемы создает условия для преодоления других. Например, не решив на психофизиологическом уровне проблему достижения необходимой валидности и надежности результатов, получаемых непосредственно с помощью полиграфа, мы не сможем качественно решить проблему правильного методического обеспечения его использования, потому что хорошие методики могут создаваться и эффективно работать только на основе правильного понимания и грамотного использования подлежащих психофизиологических законов и закономерностей. В свою очередь, не создав адекватной методической базы, мы не сможем правильно организовать включение и позиционирование  технологии применения полиграфа в единую систему мер изучения интересующих лиц или обеспечения безопасности в рамках правоохранительной или кадровой деятельности. И, наконец, не имея надежной, методологически обеспеченной, стройной организационной системы мы не можем создать ее полноценное правовое регулирование, как с точки зрения инициирования рассматриваемой процедуры, так и реализации получаемых в ходе нее результатов. Правовой регулятор (законодатель), прежде чем писать правила и условия использования полиграфа, должен быть абсолютно уверен, что данная процедура действительно полезна, надежна, не будет давать сбоев и приводить к злоупотреблениям.

            Следует отметить, что рассматриваемые ниже трудности и проблемы не являются специфичными для России, они существуют везде, где распространено применение полиграфа. Именно поэтому для их решения необходимо ориентироваться на "лучшие практики", которые можно найти и в США, и в Израиле и в Японии, да и у нас в России. При этом важнейшим условием преодоления существующих трудностей и проблем с учетом их тесной взаимосвязи является использование системного подхода.

Нормативно-правовая проблема

Общие контуры данной проблемы понятны всем. При ее упоминании обычно начинают говорить о необходимости принятия закона о полиграфе. Это правильно - закон действительно нужен. Однако нельзя забывать, что существуют такие нормативно-правовые аспекты, которые очень сложно будет прописать в общем законе, поскольку они носят сугубо локальный характер и могут меняться в зависимости от ситуации, в которой применяется полиграф.  

            Сегодня при обсуждении будущего закона о полиграфе основной акцент делается на правовое определение условий, при которых можно применять полиграф, не нарушая прав граждан. В то же время существует гораздо более сложный правовой вопрос – а как быть с результатами обследований на полиграфе, если они носят обвиняющий характер? Где правовые критерии и возможные границы их применения? Всем хорошо известно, что страх людей перед полиграфом, его критика со стороны различных общественных институтов, а также возможные злоупотребления, связанные с его использованием, возникают не на уровне инициирования применения полиграфа, а в связи с реализацией получаемых с его помощью результатов.

Можно, например, добиться разрешения тестировать на полиграфе судей или депутатов, как это иногда предлагается в последнее время, но что мы будем делать с результатами, если они будут иметь обвиняющий характер? Какие конкретно действия можно будет применять по этим результатам, и в рамках какого правового поля они  могут использоваться? Как правильно установить тот нормопорядок, который бы определял правильное использование этих результатов? В действительности это серьезнейшая нормативно-правовая проблема, тормозящая расширение использования полиграфа. Совершенно очевидно, что системно преодолеть ее в рамках единого законодательства будет чрезвычайно сложно. В то же время, в зависимости от целей и задач она вполне может решаться локально, например, в рамках одного федерального ведомства, каковым является МВД. Главное – в отдельном нормативном документе ясно и точно прописать все необходимые административные процедуры, связанные с применением полиграфа.

В качестве примера "лучшей практики" подготовки такого внутреннего нормативного документа можно привести утвержденные Федеральным правительством США Правила использования полиграфа в системе мер обеспечения безопасности Министерства энергетики (FR DocE6-16049 от 30.10.2006), в которых пошагово и в мельчайших деталях прописана вся административная часть процедуры тестирования на полиграфе от момента постановки задачи до  завершения реализации полученных результатов, в том числе имеющих обвинительную направленность.

Другим примером "лучшей практики" реализации результатов тестирования на полиграфе, носящих как обвинительный, так и оправдательных характер, является их сегодняшнее использование в качестве доказательств в судах США. Как известно, длительное время в большинстве штатов действовал запрет на использование результатов тестирования на полиграфе в суде. В настоящее время этот запрет преодолен, благодаря введению в судебную практику так называемого прецедента Дауберта (Daubert). В соответствии с этим прецедентом, распространяющим свое действие на все доказательства, полученные с помощью не только полиграфа, но и любых других прикладных научных методов, устанавливается порядок, согласно которому решение о принятии результатов тестирования на полиграфе в качестве доказательства в суде принимает лично судья, ведущий дело. Однако прежде чем принять такое решение, он обязан в ходе судебного разбирательства сначала убедиться в научной обоснованности конкретно использованного метода тестирования на полиграфе, а затем в том, что этот метод был применен правильно. Другими словами судья должен в суде установить теоретическую и практическую валидность (научную обоснованность) примененного для экспертизы метода. Обычно для прений в зал суда приглашаются, помимо полиграфолога, проводившего тестирование, дополнительные эксперты, выступающие  с позиций «за» и «против» использования полиграфа в качестве экспертной процедуры.

Организационные проблемы

Преодолению трудностей при разработке эффективной нормативно-правовой базы применения полиграфа в значительной степени должно способствовать правильное решение организационных вопросов его использования. Что это означает? Речь, прежде всего, идет о том, как оптимально позиционировать мероприятие с использованием полиграфа с учетом свойственных ему ограничений и недостатков, таких как, например, ограниченность сферы применения или недостаточная точность, в ряду других методов изучения интересующих лиц, оценки и проверки достоверности сообщаемой ими информации. С помощью полиграфа осуществляется оценка достоверности сообщаемой человеком информации, а затем обязательно должны использоваться и другие доступные методы, способные обеспечить уже не только оценку, но и прямую проверкудостоверности интересующей информации. Весь этот комплекс должен работать как единое целое. При этом первым этапом такой системы, по крайней мере, всегда должна быть обязательная перепроверка результатов тестирования на полиграфе и сделанных выводов вторым независимым экспертом. 

Особое значение решению организационных вопросов (проблем) совместного использования полиграфа и других специальных методов должно придаваться при проведении различных кадровых скринингов, и, прежде всего, в интересах обеспечения безопасности организации. На сегодняшний день "лучшей практикой" указанного комплексного подхода при проведении кадровых скринингов с использованием полиграфа следует считать систему, созданную в Министерстве энергетики США. Главная ее особенность заключается в том, что тестирование на полиграфе не рассматривается как самостоятельное, независимое и завершенное мероприятие, а представляет собой первый, исключительно важный, но всего лишь этап в едином комплексе мероприятий, направленных на обеспечение кадровой безопасности организации. По негативным результатам скринингового тестирования на полиграфе (выявлены "значимые" реакции на проверочные вопросы) никогда немедленно не принимаются никакие административно-кадровые решения, а лишь запускается специальный процесс в рамках указанной системы, целью которого является выяснение причин появления у испытуемого "значимых" реакций на проверочные вопросы. Такой подход позволяет сводить к минимуму возможные отрицательные последствия неизбежных ошибок, которые всегда имеют место в ходе применения прикладных психофизиологических методов при решении кадровых задач, и значительно повышает эффективность всей системы кадровой безопасности в целом. Другого способа преодоления недостатков, имманентно присущих технологии кадрового скрининга с использованием полиграфа, не существует.

С другой стороны ярким примером проблем и тяжелых последствий, к которым ведет неправильное решение организационных вопросов, связанных с реализацией результатов тестирования на полиграфе, является хорошо известный случай с бывшим агентом советско-российской разведки Олдриджем Эймсом – в то время шефом контрразведывательного подразделения Восточного блока ЦРУ. В ходе очередного планового (фактически скринингового) тестирования полиграфолог зафиксировал у него "значимые" реакции на вопросы о связи с одной из разведок стран Восточного блока. В этом случае и полиграф, и примененная методика тестирования сработали со 100-процентной эффективностью, но полиграфолог, которому было предоставлено право вынесения окончательного заключения по результатам испытания на полиграфе, дал слабину, поверил "версии" Эймса относительно возможных причин зарегистрированных реакций и отпустил его с миром, дав ему возможность еще несколько лет работать на иностранную разведку. Перепроверки полученных с помощью полиграфа результатов проведено не было. Таким образом, не сработала единая система обеспечения безопасности, а точнее организация совместного использования полиграфа и других специальных средств перепроверки и подтверждения получаемой с его помощью информации. Когда, правда уже по другой причине, не связанной с полиграфом, эти специальные средства были задействованы, Эймс очень быстро был разоблачен и арестован.

Кстати, случай с Эймсом противники полиграфа часто используют в качестве "сильного" аргумента в поддержку своей позиции, но, как мы видим, они сильно заблуждаются. Полиграф в этой ошибке не виноват, поскольку её истинные причины лежали в нерешенности организационной проблемы.

Методические проблемы

Трудностей и проблем с нормативно-правовым и организационным обеспечением использования полиграфа в правоохранительной деятельности и кадровой работе было бы гораздо меньше, если бы объективно не существовала

обширная группа методических проблем, которые условно можно разделить на три основные категории:

1) проблемы, связанные с собственно технологиями  (методиками) тестирования с использованием полиграфа;

2) проблемы, обусловленные существующей практикой подготовки специалистов – полиграфологов;

3) проблемы, порождаемые низким качеством используемой аппаратуры (полиграфами).

            Рассмотрим каждую из этих категорий проблем более подробно.

1) Проблема создания и применения в конкретных условиях тех или иных методик тестирования на полиграфе является настолько обширной и сложной, что в рамках данной статьи начинать ее развернутое обсуждение не представляется возможным. Необходимо отметить только, что очень часто проблемы практического использования любого прикладного метода, в том числе и тестирования на полиграфе, бывают связаны не столько с внутренними методическими  дефектами, но главным образом, с порочной практикой его неправильного применения. Есть масса ужасающих, леденящих кровь примеров абсолютно безграмотного применения полиграфа, о которых, в частности, говорил на Конференции В.В.Коровин. Много возмутительных примеров порочной практики использования полиграфа можно увидеть и в блогах Интернет-форма фирмы ЭПОС. После прочтения приводимых там фактов создается впечатление, что определенная часть полиграфологов в России осуществляет над ее гражданами масштабный эксперимент. Чего они только не делают, как только не издеваются над несчастными людьми. Причем не над штатными испытателями, на которых разрешено разрабатывать новые методы, но которым за это надо и платить, а над случайным простыми гражданами, которые по стечению обстоятельств оказался на полиграфе. Мысли о грубейшем нарушении прав этих людей даже близко не появляются в головах у этих "специалистов"-полиграфологов, а непрерывно продуцируемые ими "новые" методики отличаются поверхностностью, непродуманностью и прямо свидетельствуют о невежестве и слабой профессиональной подготовке их авторов.

Таким "инноваторам" необходимо напомнить, что прикладная психофизиология, разделом которой является прикладное применение полиграфа с целью оценки достоверности высказываний (утверждений) человека, – это мощная прикладная дисциплина, имеющая прочный методологический фундамент, которая не нуждается ни в псевдоэкспериментах, ни в псевдоисследователях. У нее есть фундаментальная теоретичнская и практическая база. В ней уже давно наработаны надежные и проверенные исследовательские технологии, которые не требуют никаких доработок "на ходу", и которые нуждаются только в правильном применении и в хорошем знании граничных условий их применимости. Если и возникает необходимость коррекции этих тщательно отработанных технологий или создания действительно новых методов, то это нужно делать профессионально, следуя принятым в науке стандартам и критериям. Создание нового метода – это тоже профессиональная деятельность, требующая глубоких знаний и практических навыков, а попытки непрервыного предложения "новых" методик с целью компенсировать отсутствие профессиональных знаний и навыков должны немедленно пресекаться. Практические мероприятия – не место для проведения экспериментов.

            Важнейшими характеристиками любых прикладных методов является их научная обоснованность (валидность), точность и надежность. К сожалению, прикладных методов без ошибок не бывает, и у каждого полиграфолога, как и у врача, неизбежно имеется свое профессиональное "кладбище" – это те несчастные люди, в отношении которых он сделал ошибочные выводы, и, возможно, серьезно покорежил их судьбы. Об этом никогда нельзя забывать, а поэтому полиграфологам не стоит с гордостью заявлять о проведении, например, 10 тысяч обследований. Им стоит помнить, что в 1000 из них ими были допущены ошибки (если мы будем считать относительную точность метода порядка 90%, что вполне соответствует реальным оценкам). Причем врач, как правило, помнит все свои ошибки, а многие современные полиграфологи часто даже не задумываются о них. Каждый полиграфолог должен знать, помнить и постоянно анализировать свои ошибки. 

2) Проблема качественной подготовки специалистов-полиграфологов является острейшей, а ее корни кроются в отсутствии единых стандартов обучения и жестких требований к оценке качества подготовки и переподготовки специалистов. Достаточно подробно и убедительно основные недостатки существующей сегодня в России системы подготовки полиграфологов были изложены в выступлениях на Конференции Ю.И.Холодного и В.В.Коровина.  Все сказанное ими совершенно правильно, но особенно хочется обратить внимание на аморальность такой формы подготовки полиграфологов, как заочное обучение по Интернету. Такого в истории полиграфа еще не было! У нас в России много перегибов в связи с переходом к псевдокапиталистическим отношениям в обществе и экономике, но это уже явный перегиб. Никто не отрицает коммерческую направленность применения полиграфа, но надо все же знать меру и понимать, что нельзя зарабатывать деньги на здоровье и на судьбах людей.

Можно ли себе представить заочное обучение хирурга, психолога или, например, токаря или парикмахера? С трудом.  Кстати, парикмахера учат не менее полугода, а полиграфолога обещают заочно подготовить за 2 недели. Кроме того, заочно подготовленный парикмахер, скорее всего, очень быстро понесет наказание за качество своей работы. А заочник-полиграфолог? Кто будет расплачиваться за его ошибки. Здесь мы имеем дело с появлением очень серьезной проблемы, которая, если ее не ликвидировать в зародыше, просто вынудит общество восстать против прикладного использования полиграфа и запретить полностью всю эту сферу деятельности.

Главное в работе полиграфолога  - это практические навыки, которыми овладеть заочно в принципе невозможно. Полиграфолог, как и токарь, парикмахер, швея, врач, психолог – все они могут учиться только очно. Общие принципы и теорию можно преподавать дистанционно, но практические навыки могут быть переданы и усвоены только через личное общение с учителем и мастером.

Как же преодолевать рассмотренные выше проблемы в области методического обеспечения и профессиональной подготовки специалистов-полиграфологов? Как и прежде, с помощью имеющихся в мире "лучших практик", суть которых сводится к обязательному внедрению и жесткому соблюдению четких критериев и стандартов. Альтернативой существующей сегодня в России вакханалии в области методологии и подготовки полиграфологов должна стать Стандартная система подготовки и обучения Стандартным методам, включая Стандартную систему двойного внутреннего контроля получаемых результатов и Стандартные критерии их оценки. Важно подчеркнуть, что не только в прикладной психофизиологии, но и во всех остальных прикладных дисциплинах объективное отсутствие детальной научной проработки используемых методов всегда заменяют четкие стандарты их применения. Только стандарты позволяют оценить правильность использования прикладных методов и качество получаемых с их помощью результатов.

Где взять эти стандарты? Пожалуйста, и здесь к нашим услугам лучшие мировые практики. Надо только признать их существование, а не заниматься шапкозакидательством, стараясь доказать всему миру, что "у них" там все не так, а у нас самое лучшее, что очень любят утверждать некоторые полиграфологи, не знающие истинного положения вещей и увлекающиеся "созданием" новых методов. Например, в США в федеральных ведомствах не проводится ни одного исследования, которое бы осуществлялось не в соответствии с принятыми стандартами и в отношении которого не применялся бы обязательный вторичный контроль в рамках специально организованной системы применения полиграфа для решения тех или иных задач (правоохранительных или кадровых), о чем уже говорилось выше. Кстати, первые компьютерные полиграфы, которые появились в начале 1990-х годов в Министерстве обороны США, как раз и были созданы для того, чтобы полиграфолог на месте мог немедленно получать вторую, независимую оценку результатов проведенного им исследования.

Следует отметить, что в рамках всей страны ввести единые стандарты применения полиграфа и реализации получаемых результатов будет чрезвычайно сложно из-за обилия школ, подходов, взглядов, ведомственных и корпоративных интересов. Однако в рамках одно ведомства, особенно такого, как Министерство Внутренних Дел, обладающего эффективными механизмами внутреннего управления, этого добиться вполне реально. В этой связи следует подчеркнуть особое значение и важную роль подготовленных и выпущенных  недавно "Единых требований…", которые по существу должны стать основой для создания всей последующей системы стандартизации использования полиграфа для решения различных внутриведомственных задач.

 

3) К категории методических проблем, несомненно, должны относиться и вопросы качества технических средств (полиграфов), используемых для регистрации психофизиологических показателей и их изменений. Совершенно очевидно, что с помощью некачественной аппаратуры невозможно получить качественные и надежные результаты. Например, в медицинских полиграфах, используемых в операционных и в палатах интенсивной терапии, императивным требованием является максимально полное соответствие регистрируемых физиологических показателей тем физиологическим процессам, которые они отражают. Невыполнение этого требования сопряжено с повышением риска смерти пациента. К сожалению, во многих отечественных полиграфах, используемых в правоохранительной деятельности и в кадровой работе, это требование выполняется далеко не всегда. Иногда, глядя на отображаемые такими приборами сигналы физиологических показателей, начинаешь сомневаться, а с живого ли человека они регистрируются. Не вдаваясь в дальнейшее обсуждение проблемы качества технических средств, предназначенных для использования в решении задач прикладной психофизиологии, подчеркнем лишь важность этой проблемы и порекомендуем проявлять бóльшую осторожность и осмотрительность в выборе приборов для использования в практической работе.

Психофизиологическая проблема

Эта проблема представляется самой важной, потому что без ответа на главный вопрос - а насколько психофизиологические закономерности, явления и процессы, положенные в основу прикладных методов тестирования с использованием полиграфа, предопределяют их валиднсоть, точность и надежность - говорить об эффективных методиках, организационном и нормативно-правовом обеспечении использования полиграфа просто не имеет смысла.

            Для того чтобы правильно представить себе существо психофизиологической проблемы, необходимо дать несколько важных пояснений, касающихся общих принципов построения прикладных научных методов. Вообще говоря, прикладные методы основываются на разных законах. Одни законы имеют детерминистский характер и описываются простыми математическими формулами, например, такие как законы Кеплера, Бернулли или Ома. Подобные законы являются справедливыми в относительно широких диапазонах условий, что позволяет достаточно точно прогнозировать описываемые ими явления. Другие законы, положенные в основу прикладных методов, имеют не детерминистский, а вероятностный характер. Они исходно формулируются и математически описываются в терминах вероятности. К их числу относятся, например, законы квантовой механики, которые лежат в основе современной микроэлектроники и целого ряда нанотехнологий. Очень важно понимать, что законы живой природы, в том числе все известные психофизиологические закономерности, также являются не детерминистскими, а вероятностными. Поэтому любые утверждения, выводы и гипотезы, относящиеся к поведению живых систем, не допускают выражения "должно быть", а всегда должны формулироваться в вероятностном ракурсе – "может быть" (с пониманием того, что может и не быть).

            Далее, в основе любой прикладной дисциплины всегда лежит какие-нибудь фундаментальное явление природы, существование которого в практическом плане ни у кого не вызывает сомнения, независимо от того, изучены до конца его причины и механизмы или нет. Так, в основе прикладной термодинамики, а это одна из важнейших дисциплин, задействованная практически во всех областях жизнедеятельности человека, таким базовым фактом является переход тепла ВСЕГДА только от горячего тела к холодному, и никогда наоборот. В прикладной электродинамике – это движение электрона от минуса к плюсу и т.д. В основе же прикладной психофизиологии, имеющей свой понятийный аппарат и призванной решать свои специфические задачи, лежат целых две фундаментальных  эмпирических закономерности:

1)     величина психофизиологической реакции в определенных пределах пропорциональна значимости (важности для организма) воздействующего стимула;

2)     величина психофизиологической реакции зависит не только от значимости воздействующего стимула, но и от действия множества других факторов, часто не поддающихся учету и контролю во время эксперимента.

Здесь уместно напомнить, что главной задачей прикладной психофизиологии, независимо от целей ее применения, всегда является оценка значимости изучаемых стимулов (раздражителей), а ее основным инструментом – измерение психофизиологических реакций, возникающих в ответ на предъявление стимулов.

До настоящего времени при создании различных прикладных психофизиологических методов, в том числе методов применения полиграфа для оценки достоверности  сообщаемой человеком информации, использовалась только первая из указанных закономерностей, а вторая всегда рассматривалась только как артефакт или вредный экспериментальный "шум". Главная и наиболее серьезная проблема использования в качестве научной базы только этой первой закономерности, которую в несколько иной формулировке еще называют "психофизиологическим феноменом", заключается в том, что создаваемые на ее основе прикладные методы изначально обречены на недостаточно высокую точность и надежность, конкретные значения которых будут зависеть от степени проявления второй фундаментальной закономерности, не учитываемой в этих методах.  Дело в том, что, как и во времена И.М.Сеченова, сегодняшние физиологи и психофизиологии, в том числе полиграфологи, используя различные инструменты, осуществляют прямое измерение физиологических изменений в ответ на стимулы, называют эти изменения реакциями, сравнивают реакции между собой по величине и на этой основе делают заключение об относительной значимости изучаемых стимулов. Отсутствие количественной оценки вклада второй психофизиологической закономерности в измеряемую описанным способом величину реакции приводит, в конечном счете, к возрастанию вероятности ошибки в выводе об истинных причинах этой реакции. Это вполне естественно, если мы, решая конкретную задачу исследования, полностью игнорируем тот факт, что имеем дело с такой сложнейшей системой, как организм человека, который и во время эксперимента продолжает жить своей жизнью независимо от того, что от него ожидает и планирует получить экспериментатор.

Именно поэтому в ходе психофизиологических исследований довольно часто возникают парадоксы, очень хорошо известные всем практикующим полиграфологам, а именно:

- стимулы одинаковой значимости (например, несколько предъявлений одного и того же стимула) вызывают разные реакции;

- стимулы разной значимости вызывают одинаковые реакции;

- значимые стимулы не вызывают реакций или, наоборот, незначимые стимулы вызывают реакции.

Причиной всех этих парадоксов как раз и является не что иное, как проявление второй психофизиологической закономерности, указанной выше. Предпринимаемые попытки бороться с ее якобы "негативным" воздействием различными способами, например, путем усреднения получаемых данных или их иного статистического преобразования особенно большого успеха не имеют, потому что, по большому счету, природу обмануть нельзя. Поэтому единственно правильный путь должен заключаться не в игнорировании проявлений второй психофизиологической закономерности, не в борьбе с нею, а в целенаправленном ее использовании на равных основаниях с первой психофизиологической закономерностью. Однако, как это делать,  до настоящего времени было неизвестно.

В качестве "лучшей практики" решения описанной психофизиологической проблемы может быть использован подход, названный авторами данной статьи "новая парадигма психофизиологического исследования". Этот подход был предложен нами почти 20 лет назад и за прошедшие годы практического применения убедительно доказал свою эффективность. Суть данного подхода заключается в следующем. Прежде всего, признается равная роль обоих описанных выше психофизиологических закономерностей в решении вопроса о значимости стимула на основе анализа реакций, возникающих в ответ на его предъявление.  Более того, анализ результатов эксперимента начинается не с попытки выявить специфические реакции на исследуемый стимул, на основе которых можно было бы судить о его значимости, а с анализа степени проявления в конкретных условиях второй психофизиологической закономерности, особенность влияния которой на регистрируемые реакции заключается в том, что оно носит случайный характер или, как принято говорить сегодня, подчиняется "закону Хаоса". Для этого полученные в ходе исследования результаты (полная совокупность измерений реакций во всех  регистрируемых физиологических показателях) сравниваются с расчетными параметрами в рамках специальной математической модели ("Универсальная комбинаторно-вероятностная модель психофизиологического эксперимента"), описывающей все возможные состояния исследуемой системы, при условии, что она находится под воздействием только случайных факторов.  Математически эта Модель является достаточно сложной, построена с использованием аппарата дискретной математики, однако работает она четко о хорошо описывает поведение весьма сложных систем.

Если в ходе исследования действует какой-то неслучайный фактор, например, значимость стимула, то поведение системы начинает отклоняться от "случайного", описываемого Моделью. Чем сильнее воздействие неслучайного фактора, тем значительнее отклонение параметров системы (совокупности регистрируемых реакций) от модели случайного (хаотического) поведения. Таким образом, измеряя степень отклонения результатов конкретного психофизиологического эксперимента, например, тестирования на полиграфе, от рассчитанной специально для него модели всех возможных случайных исходов,  можно оценить силу воздействующего фактора, в нашем случае - значимости исследуемых стимулов, но не через величину ("силу") реакции, как это делается сегодня в рамках классической парадигмы, а в Фоме вероятности неслучайности вызываемой стимулом реакции. Следует отметить, что всесторонний теоретический анализ и большое количество экспериментальных исследований убедительно показывают, что оценка значимости стимула в терминах вероятности неслучайности вызываемых им реакций значительно превосходит точность и надежность той же самой оценки значимости стимула на основе измерения величины, вызываемых им реакций.

В настоящее время описанный выше альтернативный подход к оценке результатов практически всех форматов прикладных психофизиологических исследований на постоянной основе используется специалистами Центра оценки достоверности информации (г. Санкт-Петербург, руководитель А.Степанов), а также  реализован в полиграфе "Диана" в форме специализированного алгоритма "ChanceCalc". Все необходимые дополнительные разъяснения  по его применению могут быть получены в фирме-производителе этих приборов "Поликониус".

Терминологическая путаница

            В заключение обсуждения основных проблем использования полиграфа в правоохранительной деятельности и кадровой работе, а также возможных путей их преодоления хотелось бы затронуть еще одну важную тему. Ее нельзя отнести к категории проблемной, но важность ее представляется очевидной. Для начала обратим внимание на то, что в данной статье ни разу не был использован термин «детекция лжи». Это было сделано целенаправленно по двум причинам.

Во-первых, постоянное употребление раскрученного журналистами жаргонного выражения "детекция лжи" в профессиональной среде является нонсенсом. Дело доходит до смешного. Возьмите любое руководство по "детекции лжи", и там обязательно на первой же странице будет написано, что "детекции лжи" не существует. Тогда зачем используется этот термин, описывающий несуществующее явление и вводящий всех и вся в заблуждение? Надо бы это прекратить. Как это сделать на основе "лучших практик", будет описано ниже.

Во-вторых, давая сложной проблеме неточное определение, мы никогда не сможем найти ее правильное решение. Только точные понятия, термины и определения, отражающие сущность явлений и процессов, позволяют их правильно позиционировать и находить пути преодоления связанных с ними проблем. Вольности и неточности в понятиях и определениях порождают псевдонаучный подход, недопонимание и негативное отношение со стороны общества.  

            В качестве "лучшей практики" замены термина "детекция лжи" можно порекомендовать позицию федеральных ведомств США по этому вопросу. Там этот псевдонаучный термин уже давно выведен из обращения и заменен новым понятием "Credibility Assessment" – Оценка достоверности сообщаемой человеком информации (высказываний и утверждений) Для подтверждения важности этого понятия даже Институт Полиграфа министерства обороны США в феврале 2007 года был переименован в Академию оценки достоверности информации. Чтобы убедиться в точности и правильности данного определения того, для чего именно используется полиграф, необходимо еще раз обратиться к сути процедуры применения полиграфа, к тому, что реально может делать и делает полиграфолог. Имеется подозреваемый (кандидат на работу, испытуемый), который на вопрос "Вы это делали?" отвечает (утверждает) – "нет". Единственная и главная задача полиграфолога - оценить достоверность этого утверждения, то есть определить, соответствует ли оно действительности или нет, используя для этого уникальную технологию, построенную на основе законов и принципов такой науки, как прикладная психофизиология. Как и любая другая оценка того или иного события, факта или явления, оценка достоверности должна иметь вероятностный характер, предпочтительно в количественном выражении.  Ничего другого от полиграфолога  не требуется.

            Следует отметить еще один положительный момент перехода к понятию Оценка достоверности сообщаемой человеком информации применительно к решению задач в правоохранительной и кадровой сфере. Это его явно более широкая ориентация на возможные новые технологии, которые, помимо полиграфа, могут использоваться для целей оценки достоверности информации. Конечно, на сегодняшний день по критерию "эффективность-цена-доступность" полиграф остается наилучшим средством, но уже не единственным. Ему в затылок дышат такие новые методы, как анализ поздних компонентов Р300 вызванных потенциалов мозга, и, конечно же, технологии оценки достоверности высказываний человека, основанные на анализе невербальных признаков. Определенную перспективу имеют и такие нарождающиеся технологии, как   «Метод динамической магнитно-резонансной томографии мозга» и «Метод термографии кожных покровов», которые в условиях эксперимента уже позволяют получать обнадеживающие результаты, однако все еще обладают рядом серьезных недостатков, ограничивающих возможность их применения для решения широкого круга практических задач.